В отношении молодых людей, вступающих к окончанию среднего образования в призывной возраст, дом, школа, поликлиника, военкомат - звенья одной цепи. Последнее звено получает «продукт на выходе» - потенциальных «срочников» с целым букетом заболеваний. Вопросы «кто виноват?» и «кто отвечает?» за здоровье подрастающего поколения стали главными на встрече представителей петербургского образования, медицины, общественных организаций и родителей.
И первоклассники здоровьем не блещут
Константин Тхостов, директор лицея № 369 Красносельского района говорит, что уже на «входе» в школу первую группу здоровья имеют не более 25 % ребят. «Причина в том, - утверждает директор, - что родители забыли о своей конституционной обязанности - заниматься воспитанием ребенка». Тхостов, например, уверен, что семья еще до школы часто становится нарушителем режимных моментов воспитания: взрослым удобнее спать с утра, а не варить кашу отпрыску, который в итоге спит с утра и куролесит ночью. А режим многое (если не все) определяет в жизни ребенка в социуме! «Когда ребенок приходил в школу важно, чтобы он был накормлен, одет по погоде, был здоров», - говорит педагог, призывая всех не отправлять в учебное заведение простудившихся детей. Критикуя родителей, директор не отрицает факта, что в школе система медицинского сопровождения не работает. «До сих пор действуют нормативы 60-х годов: одна ставка врача на 1200 детей, одна ставка медсестры на 600 детей. К тому же врач - приходящий работник поликлиники, его снимают на различные поликлинические мероприятия. И медсестра должна быть не только в школе, а и в детском саду, где в реальности ее можно найти раз в три дня. Здоровье сбережение, здоровье созидание – вот основные задачи школы и детского сада. Ведь дороже здоровья детей у нас ничего больше нет».
Школа нынче дает на здоровье ребенка большую нагрузку, и сохранить его может только комплекс определенных медико-психологических процедур. А решение о налаживании возможностей и полномочий школы должно приниматься на уровне межведомственных взаимодействий двух министерств – здравоохранения и образования.
И еще ювенальной юстиции не хватало…
Сергей Стрильченко, председатель независимой военно-врачебной комиссии более строг в оценке: «Когда мы имеем больное общество, мы имеем больных детей». Будучи врачом, Стрильченко вспоминает о временах, когда рожениц готовили не только к родам, но и к роли мам уже в женских консультациях. «Сейчас попасть в нормальный роддом можно только платно. Я говорю о цене, которая сегодня начинается чуть ли не от 90 тысяч... Вряд ли в этом проявляется забота государства. Поэтому и рожают проблемных детей. Иногда это случается и по вине медицины». Также строго судит Стрильченко и о детских садах: «Понятие детского сада утеряно: сейчас он превращен из образовательного учреждения в отстойник для детей, которых сбавляют туда, потому что «девать ребенка больше некуда». Тут даже шоколадку принесут, лишь бы оставить больного ребенка в саду… Мы сегодня потеряли и семейную культуру воспитания детей (и культуру питания в том числе). Подросток с бутылкой пива и сигаретой в руках - чуть ли не норма. В школе дети предоставлены сами себе: стоит учителю сделать замечание ребенку, почему тот курит, ругается матом или пьет пиво, взять ребенка за руку – родители подают в суд. Ах, применена физическая сила! И что делает наше правосудие? Зачастую становится на сторону родителей, которые сами тоже не занимаются воспитанием».
Выстраивая логическую цепь от роддома, детского сада, школы до военкомата, Стрильченко напоминает, что призыв – государственная задача. Но о каком сохранении здоровья можно говорить, когда в военкоматах ведут неправедное освидетельствование вчерашних детей в отсутствии педиатров и зачастую медицинских карт призывников? А результатом становится надпись «годен» и дальнейшее ухудшение здоровья во время службы. Подтверждает это и Элла Полякова, председатель Санкт-Петербургской региональной правозащитной организации «Солдатские матери».
Здравоохранение отстает, а родители «не догоняют»
Но печальнее было слушать представителей родителей и городского комитета по здравоохранению. Светлана Рычкова, главный специалист комздрава по здоровью школьников констатировала бедственное положение подростков и поколения, находящегося в детородном возрасте, а на многочисленные претензии других спикеров к системе здравоохранения чаще всего отвечала: «Это проблемы семьи». Получилось, что, по мнению комитета по здравоохранению, никаких обязанностей в отношении детей и подростков у нашей медицины нет вообще: все от воспитания, питания, гигиены и контроля посещаемости врачей оказалось уделом семьи, как ячейки социального государства. Насколько же родители готовы справляться с этим возом «проблем» показало выступление сопредседателя Петербургского родительского комитета Михаила Богданова, проявившего сущее невежество в вопросах, касающихся, например, работы центра «Ювента», берущего на себя обязанности родителей по половому воспитанию подростков. Вопрос корреспондента «АН» и вовсе же остался без внятного ответа. А узнать хотелось лишь одно: если утеряны традиции и нет знаний для воспитания здоровых детей, быть может, стоит заниматься просвещением родителей? Создать городскую родительскую программу, ликбез, так сказать… В ответ прозвучали лишь надоевшие уже слова о необходимости консолидации, поисков путей к взаимопониманию и обретению форм общения. Но дети-то от разговоров никак не поздоровеют… |
