Привлечение государственного внимания к культуре, это не обеспечение поступательного движения в развитии общества, а необходимость исправления сложившегося сегодня положения дел в культуре, как следствие пренебрежения ею в последние десятилетия.

Поэтому весь текст основ - это сгусток тревоги за культуру, которая, по сути, является грандиозным отпечатком истории человечества. Утрата этого наследия, невозможность доступа к нему по тем или иным причинам, его искажение могут привести к ослаблению и потере государственности, к одичанию людей. Примеры подобных тяжелых последствий мы видим в событиях, происходящих, например, в Украине.

«Вне культуры, - отмечается в документе, - невозможно обеспечить более высокое качество общества, его способность к гражданскому единству, к определению и достижению общих целей развития. В равной степени невозможно утверждение общенациональной идеологии развития без формирования нравственной, ответственной, самостоятельно мыслящей, творческой личности».

Соглашаясь в целом с авторами проекта Основ, тем не менее, на некоторые аспекты хочется обратить особое внимание.

Так сегодня, к сожалению, мы постоянно встречаемся с тем, что культура и учреждения культуры, у значительной части общества и, в том числе, во властных структурах, а это особенно неприемлемо, воспринимаются как что-то второстепенное, как своего рода рудимент, оттягивающий на себя средства и не приносящий конкретной, осязаемой, материальной пользы. Далеко не все понимают, что многие беды сегодняшнего дня в России - прежде всего следствие бескультурья. Подтверждение тому и низкие производительность и качество труда, и коррупция, и правонарушения, и расцвет сквернословия, и безграмотность, и многие другие негативные проявления.

В связи с этим можно вспомнить А.П. Чехова с его формулой, что в человеке все должно быть прекрасно… И в этом цель воспитания, т.е. воспитания культурных людей. Это задача и семьи, дошкольных и школьных учреждений, внеклассной работы, производственных и всевозможных учебных коллективов, вся сеть государственных учреждений, в том числе и учреждений культуры.

Что касается самого текста документа, Также хотелось бы обратить внимание на то, что с первых абзацев «Основ государственной культурной политики» не достаточно обоснованно, как представляется, выделяется именно культура Российская. Абсолютно не подвергая сомнению высказанное в документе положение, что «Россия — государство, создавшее великую культуру. На протяжении всей российской истории именно культура сосредотачивала и передавала новым поколениям духовный опыт нации, обеспечивала единство многонационального народа России, во многом определяла влияние России в мире», тем не менее, нынешнюю отечественную культуру практически невозможно вычленить из культуры мировой. Культура сегодня, все-таки - совокупность всех национальных культур, но, главное, это совокупность результатов материального и духовного творения человечества за всю историю своего существования, что в конечном итоге и определяется словом «наследие». Это - именно мировое наследие и мировое достояние.

Акцентирование этого положения, выведение его на первое место, объясняло бы предлагаемый в документе один из принципов государственной культурной политики. В данном принципе, предполагающем «понимание культуры России как неотъемлемой части мировой культуры», заложена, как представляется, одна из главных задач современности в области культуры, связанной с глобализацией - воспитание толерантности.



От чего освободили культуру?

Что греха таить. С подачи Минфина, который не мог обеспечить установленные законом 3% от бюджета на финансирование культуры, в 2004 году начали менять законодательство. И хотя Союз музеев России постоянно указывал разработчикам «новаций» на вредность подобного и то, что это приведет к негативным последствиям, тем не менее, на культуре стали не только по-прежнему экономить, но и ставить эксперименты.

Внесли ряд изменений в Основы законодательства о культуре. В частности, сняли лимиты финансирования культуры, развязав руки горе финансистам и переведя культуру вновь на недостаточно остаточный принцип.

«Тихой сапой» был изменен, а точнее ликвидирован финансово – хозяйственный механизм (Новый хозяйственный механизм), в соответствие с которым учреждения культуры получали самостоятельность в решении стоящих задач, когда фактически, такое понятие, как «хозрасчет», было распространено и на бюджетную сферу. Внесли правки в «Закон о музейном фонде РФ и музеях РФ» и, даже, в Гражданский и Бюджетный кодексы. В общем, счетоводы засучили рукава.

От чего же освободили культуру. Так из Основ законодательства о культуре изъяли положение об ответственности государства за выявление, учет, изучение, реставрацию и охрану памятников истории и культуры. Государство так же освободили от гарантий сохранения и развития культуры в Российской Федерации в виде государственного финансирования ее.

Ликвидировали так же статью 47, устанавливавшую, что «деятельность некоммерческих организаций культуры по реализации предусмотренных уставом производимой продукции, работ и услуг относится к предпринимательской лишь в той части, в которой получаемый от этой деятельности доход не инвестируется непосредственно в данной организации на нужды обеспечения, развития и совершенствования основной уставной деятельности. Как и платные формы культурной деятельности культурно - просветительных учреждений».

Свою роль в уничтожении здравого смысла в финансово - экономической деятельности сыграл Федеральный закон от 8 мая 2010 года № 83-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в связи с совершенствованием правого положения государственных (муниципальных) учреждений». Здесь уже от всякой ответственности за культуру и судьбу учреждений культуры, в том числе и за их дебиторскую задолженность, освободили учредителей. Бюджетное финансирование заменили на субсидирование и т.д. и т.п. Маниакальное желание нашего государства переложить функции по управлению культурой на кого угодно, в данном случае, привело к тому, что появился институт учредителей, образующих учредительскую вертикаль от имущественных структур, передающих свои полномочия министерствам и ведомствам и так далее вплоть до рядового клерка. И все командуют, но никто ни за что не отвечает. При этом Минкультуры переложил заботы о государственном музейном фонде, который размещен как в грандмузеях, так и в малых муниципальных, на власти различных уровней. Но ведь возможности – то разные. И пропажа предметов из музея любого уровня, или утрата их, в результате невозможности создать необходимые условия хранения и сохранности, равнозначно недопустимы. Вот почему единый музейный фонд России, находящийся на попечении музеев, не терпит местничества. Более того, музеи Постановлением Правительства РФ лишены полицейской охраны, хотя Генеральной прокуратурой России признано недостаточное обеспечение сохранности музейных фондов в стране. Фактически, в угоду тендерезации, музеи вынуждены нанимать охрану подешевле. При этом, проводя торги, должны обеспечивать свободный доступ любых «желающих» к охранным системам государственных, по сути, спецхранов.

Ну а то, что Минфин в виде законов сегодня подсунул культуре и музеям в том числе, все знают. Финансирование падает, отчетность растет, механизм затрат трудно придумать более запутанным и затратным.

Дошло до того, что культуру приравняли к таким услугам, как подача воды и водоотведение. Во всяком случае, в официальных статотчетах субъектов федераций о расходах бюджетных средств культура ставится вместе с ними в едином разделе – «предоставление прочих коммунальных, социальных и персональных услуг».

Поэтому особой поддержки с стороны требует тезис проекта Основ о том, что надо изменять представление «органов власти и граждан о том, что культурная деятельность является сферой услуг». В конце концов, в практику властного и общественного сознания должно вернуться понятие, сформулированное в тексте Основ, что «классические учреждения культуры оказывают обществу услуги, сравнимые с услугами армии, защищающей жизнь граждан и безопасность страны, или самого правительства, оказывающего обществу услуги по управлению функционированием государства».

К тому же сегодня складывается впечатление, что от музеев требуют жить по закону, а руководят музеями «по понятиям».