Что первым приходит на ум при прочтении названия спектакля? Веселая постановка о тайной жизни зверушек или трогательная история по примеру Маугли… Но разговор пойдет о серьезных, связанных с непреходящими ценностями вопросах! Как они могут сочетаться животными, спросите вы? В постановке Семена Спивака это не только возможно, но и выполняется превосходно, мастерски.

За полвека пьесы Дона Нигро разлетелись по театрам США и Европы и до сих пор поражают зрителей своей чувственностью и глубиной. Несмотря на известную любовь драматурга к русской классике, в России он был почти неизвестен. Но интерес к творчеству Нигро постепенно просыпается у российских режиссеров, и опыт постановок в нескольких театрах это показывает.

«Звериные истории» – это десять коротких эпизодов, повествующих о жизни кошек, попугаев, бурундуков, утконосов и других животных. Сам Семен Спивак говорит, что это самая сложная пьеса, которую он когда-либо ставил: «Трагикомедия – любимый жанр Молодежного театра. Но я еще никогда не ставил таких сложных пьес. Избрав героями животных, драматург без прикрас описал отношения между людьми. Безумие, страх, искушение, одиночество – все это есть в жизни человека. Гармония достигается балансом: на одной чаше весов – юмор, а на другой – грусть. Таков и наш спектакль. Его судьбу не угадать, но мне кажется, что зрителю он нужен. Можно назвать его предупреждением: будьте бережнее по отношению к тем, кто рядом, будьте терпимее.... И театр, который на одном языке говорит со зрителем о его проблемах, будет вам поддержкой».

Уже в начале спектакля обращает на себя внимание сценография: темный причал, где светится одинокий фонарь, пустые скамейки, висящие в воздухе зонты. Атмосфера опустевшего пляжа так и располагает к философским рассуждениям.

Раздается звонкий смех молодых ребят. Но это не звери, которых все ожидали увидеть… Немая сцена игры в волейбол в сочетании с медленным поднятием зонтов вверх дает возможность настроиться на волну первого действия. Отгремел купальный сезон, и теперь перед нами пустующий пляж, на который приходят отчаявшиеся, одинокие герои. В зарисовках сочетается абсурд, фарс и в то же время трагичность.

Уже в первой истории «Три дикие индюшки в ожидании кукурузных початков» зрители смеются над страстью Боба и Джорджа (Ярослава Соколова и Константина Дунаевского) к початкам кукурузы, над их диким и задорным танцем, но в то же время проникаются жалостью к мечтательной Пенни (Алисе Варовой), пыл которой пытаются остудить ее товарищи. «Жизнь не только кукуруза и жучки». Молчание, странный взгляд, смех, снова танцы… «А я всегда хотела играть на саксофоне». Тут понимаешь: в голове маленькой индюшки поселилась мечта. Ее не останавливает то, что у нее нет пальцев и губ, что саксофонного дерева, которым она грезит, может и не существовать. Она хочет идти вперед и идет!

…Проблема семейных взаимоотношений затрагивается в сцене с попугаями – Ричи и Пегги, живущими в одной клетке. Через весь эпизод проходит негодование героя Сергея Яценюка на то, что из дня в день он вынужден произносить один и тот же текст без возможности контролировать это. «Меня как будто проглотил инопланетный робот». Кульминация достигается, когда Ричи яростно кричит о ненависти к своей возлюбленной: «Можешь ты сдохнуть?». Не успел выйти за дверь, оглянулся. Молчание. Спустя множества попыток докричаться до лежащей без сознания Пегги (Ирина Полянская), герой понимает: она действительно умерла. Тревожная музыка с ноткой торжества. «Я тебя люблю, вставай…». В этот момент в голову приходит фраза «Не ценим, когда имеем. Потерявши, плачем». Ох, бедный Ричи, как много в нем человеческого…

…Свет прожектора перемещается на скамейки, где уже давно сидит человек в черном. Всего один синий воздушный шар как символ того, о чем пойдет речь в данной сцене. В ироничной форме утконос (Андрей Шимко) ведает нам о своем одиночестве: «Быть не таким, как все – это ужасно», «Я такой какой я есть, в этом странном маскарадном костюме утконоса». Самый страшный день для не похожего на всех утконоса – день, когда он исчезнет и превратится в ничто. Монологи – самая впечатляющая часть спектакля! Но и самая сложная для самих актеров. Андрей Шимко превосходно справился с этой задачей, выразив не только неподдельную грусть, щемящую сердце его героя, но самоиронию в отношении к своей непростой судьбе.

…Свет гаснет, лишь один желтый луч падает на середину сцены. Выходит бурундук-работяга в грубой изношенной одежде (Сергей Малахов). И здесь, наверное, уместнее всего звучала песня Аквариума «Господу видней», так часто фигурирующая в спектакле. Весь монолог героя наполнен противоречиями: с одной стороны, Бог для него что-то великое, а, с другой, он «даже не земля, он пустота остающаяся после того, как земля уже вырыта». А вырыта им, бурундуком! Из монолога становится ясно: этот герой – не веселая игрушка, он окружен тревогами. Да еще и вопросы религии поднимает… Удивительно.

…Быть не таким, как все, – сложно, но стать «белой вороной», выделиться из толпы, не легче. Кошка Мэгги (Анастасия Тюнина) в сцене «Теория нитки» объявляет бойкот миру, в котором кошками манипулирует рука человека, держащая нитку, которую кошки ловят. Под громкую рок-песню «Bangarang» Skrillex Feat. Sirah Мэгги показывает истинные эмоции, и хочется прожить хоть момент с этой маленькой эксцентричной кошечкой.

…У каждого из нас есть соблазны. Об этом история «Мышеловка» с экстравагантной (по-другому не скажешь!) героиней-мышью (Эмилия Спивак). Она умна и осторожна, но, как и все до и после нее, не может устоять перед желанием съесть манящий сыр в ловушке. После – трагическая гибель, обозначенная красным светом.

…Коровы (Ксения Ирхина, Алиса Варова, Юлия Шубарева), напротив, не блещут умом, потому что встречают смерть, в буквальном смысле «смотрясь в зеркало», думая, что оказались на вечеринке. Здравый смысл, то и дело просыпающийся в Бесси (Юлия Шубарева) все равно заглушается стадным чувством. Коровы по очереди заходят в темную комнату. Резкий звук. И через секунду на крюках уже везут свежее мясо… Думаю, этот момент наиболее отчетливо показывает, перед нами – трагикомедия.

В спектакле актеры неоднократно обращаются к зрителям, что еще больше усиливало юмористическую атмосферу. Коровы просят сфотографировать их на фоне «афиши» (отчетливая надпись «Скотобойня», на секундочку). А бурундук на смех зрителей тут же отвечает: «Че «ха-ха? Работать надо!».

Спектакль «закрывают» лемминги, которые неоднократно появлялись на сцене в промежутках между историями. Лемминг Эм тщетно пытается показать своим товарищам, что они идут в никуда, что впереди обрыв и острые скалы. Но они «должны идти», и все тут. Хватают Эма под обе руки и продолжают шагать…

Думаю, финал поражает если не всех, то многих зрителей: просыпается острое чувство, что все мы немного лемминги. Идем, не зная куда и зачем, не задумываясь о том, что ждет нас впереди… Концовка остается открытой, и каждый задумывается о той проблеме, которая откликнулась в сердце.

Казалось бы, в спектакле должны фигурировать костюмы животных, как минимум хвосты и ушки. Но здесь мы видим обычную современную одежду: косухи, худи, джинсы. В этом замысел Нигро: понять внутренний мир животного можно лишь глядя ему в глаза. Именно поэтому в постановке важны не костюмы, а актерская игра. Актеры с этой непростой задачей справились превосходно!

Соблазны, страхи, иллюзии… Все это скорее о человеческом, чем о зверином. Но, быть может, человек порой животное, поддающееся искушениям или, напротив, пытающееся противостоять своей истинной природе?

Существование на грани комического и трагического, ироничные образы, прекрасная актерская игра настолько впечатляют, что по окончании спектакля хочется вновь и вновь задержаться в зале, чтобы дождаться чудесного послевкусия размышлений от спектакля.